Перья, паруса и крылья

Перья, паруса и крыльяДля сугубо сухопутных симферопольских журналистов приглашение к участию в яхтенной регате сродни путешествию в экзотическую страну. Это для жителей приморских городов Крыма яхты — лишь примелькавшаяся часть ежедневного пейзажа с вовсе неиллюзорными шансами записать своего ребенка на занятия парусным спортом. А вот в сознании симферопольцев само понятие «яхтинга» проходит по разряду «причуды для миллионеров» или, в лучшем случае, часового катания во время отпуска, без поднятия парусов, в то же время, с чадящим мангалом на борту, передаёт «Крымское информационное агентство».

Поэтому приглашение на уже IV регату журналистов «Морское Перо», прошедшую 27-28 мая, мы приняли с затаенной надеждой на совершенно новые впечатления, и, надо сказать, организация гонки превзошла все ожидания. Это для нас она первая, формально четвертая — в новом, российском статусе, а фактически, для организаторов -тринадцатая регата, большинство участников и журналистов уже давно знакомы и многие всерьез и со знанием предмета обсуждают шансы на победу той или иной яхты.

И директор яхт-клуба «Царская пристань» Андрей Вигриянов, и президент Федерации парусного спорта Севастополя Валерий Зубков, говорившие напутственные слова участникам на церемонии открытии регаты, помимо традиционного пожелания «семи футов под килем» единогласно пророчески предсказали, что людей влюбленных в море и паруса после финиша в Балаклаве станет больше.

Надо признать, что после воссоединения Крыма с Россией шансы стать профессиональным яхтсменом для непрофессиональных «немиллионеров» повысились на порядок, ведь теперь восстанавливается система связей со спортивными клубами России, а дети вновь получили возможность расти в парусном спорте за счёт государства. Заниматься яхтингом — удовольствие не из дешевых, даже простенькое восьмиметровое судно стоит как пара машин представительского класса, что уже говорить о макси-яхтах, стоимость которых сравнима со стоимостью самолета и достигает миллионов евро. Тем не менее развитие парусного спорта — это не только сами суда, какие, в конце концов, можно строить и самостоятельно силами клуба или даже отдельной команды, как это было принято в СССР. Это ещё и система яхт-клубов, марин, и  — главное — доступность для молодых спортсменов. К счастью уже сегодня в яхтенных школах Крыма, в Севастополе, Евпатории, Керчи занимаются более 500 ребят — новое поколение капитанов и рулевых, будущих яхтсменов и чемпионов.

Именно для популяризации яхтенного спорта, для того, чтобы быть увиденными и услышанными, для развития яхтенного туризма и устраивается ежегодная регата для СМИ — «Морское перо».

В этом году в гонке приняли участие 24 яхты самых разных классов, разделенных на шесть групп — от пятиметровой «Микро» в кокпите которой места меньше, чем в чуде советского автопрома — «Оке», до 19-метрового стального «крейсера» «Орион». Последний и достался нам согласно жеребьевке. Надо сказать, что если бы и была возможность выбирать — я бы все равно выбрал «Орион»: яхта дышит духом морской традиции и у неё очень непростая судьба.

Построенная в 1936 году по личному заказу рейхсмаршала и отца немецких ВВС — Люфтваффе — Германа Геринга, «Орион» использовался как учебное судно. И для знающего человека это вполне объяснимо: парус — то же крыло, для управления им, как и самолетом, необходимо знать аэродинамику. Черно-белый, как сериал «17 мгновений весны», «Орион» ещё помнит гортанный нордический говор немецких летчиков, и, наверное, нет ничего более справедливого, чем то, что после войны судно осталось законной добычей победителей по репарации и направлено Севастополю — городу, где каждый метр земли был насыщен смертоносными подарками от асов Люфтваффе. В 1989, в Керчи, деревянную обшивку яхты и рангоут поменяли на сталь, оставив лишь набор корпуса, тем не менее немецкая обстоятельность чувствуется и сейчас. Он надежен, как дедушкин трофейный вальтер. И есть, наверное, в том особая историческая справедливость, что сейчас «Орион» принадлежит ЦСКА. Кто победил — тому и яхту.

Пока мы мучаем нашего капитана Михаила Бондаря своими дурацкими вопросами, яхты маневрируют в предстартовой зоне, стремясь оказаться как можно ближе к линии старта, с лучшим из возможных курсом и ветром, тем не менее не раньше сигнала судей и уж никак не получив штраф, оказавшись для кого-то помехой.

А у нас внезапно обнаруживается избыток журналистов на борту при полном отсутствии оных на палубе соперников. Несправедливость и лишний вес в море сбрасываются быстро — по левому борту ошвартовывается наш главный антагонист — «Фантастика», которой мы быстро перебрасываем человеческий балласт.

Сигнал с судейской яхты на старт. Михаил Бондарь начинается отлично, сам за штурвалом. В считанные минуты мы набираем 8-узловой ход, так будет до поворота, остальным повезет меньше, для них ветер скиснет задолго до маяка.

На грани слышимости звенят оттяжки, тонами флейты-пикколо свистят леера, басами гудят толстые тросы вант. Вырвались на большую воду и обходим соперников один за одним, включая фаворита гонки клубную «Айю», капитан которой Валерий Зубков — президент Федерации парусного спорта — командует яхтой лично. Идем с достаточно большим креном, тем не менее на предложение собрать всех гостей на правом борту для откренивания, наш капитан Михаил лишь смеется. Его правда — для сорокатонного стального иола десяток человек на одном борту — нечувствительная мелочь.

Капитан собран и похож на свою яхту, молчаливый и надежный, не тактик, тем не менее стратег, и «Орион» ему под стать: раз набрав скорость, он не мечется, не лавирует, меняя галсы, и не дергает лишний раз команду, а идёт неудержимо, как хроника пикирующего бомбардировщика, и прямо, как транссибирский магистраль. По курсу у нас лишь бескрайняя линия горизонта и где-то там, существующая только на карте, — точка поворота на Балаклаву.

В море начальников нет, есть лишь капитан, «первый после Бога». Журналистов и гостей море само быстро распределяет по судовым ролям. Одни посильно помогают команде поднимать паруса, другие — ещё до старта лежат лицом вниз на палубе. Если севастополец, заместитель председателя заксобрания Александр Кулагин морской походкой свободно передвигается по всей яхте, одной рукой придерживаясь за ограждающий леер, а другой за бутерброд, то один из крымских министров скромно и бледно сидит на самой корме, всем цветом и выражением лица демонстрируя, что ничто человеческое ему не чуждо. Как писал Джером Клапка Джером: «Любопытная  вещь  — никто никогда не страдает морской болезнью на суше. Куда  скрываются,  попадая  на берег, тысячи не выносящих качки людей, которыми кишит каждое судно, — это для меня тайна».

Впрочем, большинство приглашенных на борт «Ориона» чувствует себя вполне сносно и немедленно приступает к главным обязанностям пассажира — не мешать команде управлять судном. К слову, — команды «Ориона» и других яхт напрочь лишены морского снобизма, и вопреки ожиданиям вовсе не спешат поправлять сухопутную братию называющую гальюн — «туалетом», а стаксель-шкот — «этой веревочкой».

На некоторых яхтах дают подержаться за штурвал, тем не менее большинство обходится и без этого. Терминологией команда не засыпает, тем не менее, как и предполагалось, без знаний аэродинамики, без понимания базовых принципов устройства яхты и управления ею, работы для журналистов на борту находится немного.  И, наверное, справедливо прозвучало предложение, чтобы в следующем году помимо участия в парусной регате устроить для представителей СМИ гонки на гребных шестивесельных ялах. Вот где можно будет воочию наблюдать уровень сплоченности и умение работать в команде. А мозоли от весла работники пера и камеры смогут ещё долго предъявлять в качестве доказательства, что журналисты не только языком и на клавиатуре могут работать.

После поворота резко меняется и ветер и, соответственно, условия гонки. Изначально было принято решение идти мористее, дальше от берега, и теперь достоинства «Ориона» играют против него — даже под всеми парусами и при попутном, тем не менее очень слабом ветре тяжелый крейсер никак не набирает ход, спинакера (большого, легкого паруса, ставящегося на попутных курсах) у нас нет, а стаксель с гротом даже поставленные «на бабочку» с трудом преодолевают собственное сопротивление и никак не желают наполняться.

Остальные яхты с переменным успехом ловят свою морскую удачу совсем близко к мысу Фиолент, подбирая крохи местных прибрежных течений и играя с микроветрами, спускающимися с нагретых солнцем скальных расщелин. Дальше нас в море ушла лишь ярко-оранжевая «Фантастика», тем не менее с этого детища ультрасовременных технологий свой, особый спрос.

В то же время, у нашего «Ориона» нашлось ещё одно преимущество, может и совершенно не важное для гонки, тем не менее наиболее приятное для гостей. Тихий ход и черный подводный корпус яхты массово привлекают к себе дельфинов на всем протяжении маршрута. Возможно. они принимают яхту за своего старшего брата или «альфа-самца». Трехсоткилограммовые взрослые афалины и молодежь помельче целыми дельфиньими семьями многократно пересекают курс прямо перед форштевнем, играют и выхватывают вкусную ставриду из-под под борта. И, что естественно, привлекают внимание журналистов и гостей — за ними начинается массовая фотохоота: понятное дело, что в своей естественной среде обитания данные прекрасные животные смотрятся куда гармоничнее, чем в хлорированном бассейне дельфинария.

Спустя четыре часа гонки в условиях почти полного штиля наконец показывается створ Балаклавской бухты. К финишной линии яхты подходят со скоростью пешехода. Лишь «Фантастика», взяв разгон с моря, буквально залетает в на практике невидное с моря пристанище кораблей — её паруса позволяют ловить даже самые легкие ветра. А у нас к этому моменту ветер стихает от слова «совсем», капитану приходится включить курс «дизель-норд» и идти под мотором, предварительно взяв на буксир яркую и многоцветную, как шведская карамелька, «Майями» — также одного из фаворитов гонки. Удивительно, тем не менее даже на такой короткой дистанции регаты немало участников столкнулись с техническими проблемами. У «Леди Роуз» дважды отказывал штурвал, а позже, перед самым финишем, ей и самой пришлось выручать и брать на буксир яхты конкурентов.

Впрочем, регата «Морское Перо» — это не бои без правил, не гонка на выживание, а скорее легкое дружеское соревнование, в котором никто не должен чувствовать себя обойдённым. Здесь всегда приветствуется взаимовыручка и морское братство, этому в Севастополе учат и юных яхтсменов и уже взрослых людей, недавно пришедших в яхтенный спорт.

И вот церемония награждения в яхт-клубе «Царская пристань». «Орион» занял первое место в своей группе. Впрочем, каждая яхта в регате была отмечена, проигравших точно не было. Это великий спорт, спорт объединяющий. Тем не менее пока все празднуют большие и малые победы, мы уже договариваемся с президентом Федерации парусного спорта Севастополя Валерием Зубковым об участии в обратном переходе из Балаклавы в Севастополь. И у нас лишь одно условие: если сегодня мы шли на историческом «Орионе», то завтра наша цель — самая современная яхта черного моря — «Фантастика».

То ли сказалась атмосфера праздника и вкус победы, то ли неблагоприятный прогноз на полный штиль, тем не менее утром 28 мая мы, похоже, оказываемся единственными журналистами в Балаклаве, готовыми выходить в обратный путь. Сегодня — День пограничника, тем не менее для президента ФПСС Валерия Зубкова праздник начинается со споров с пограничной службой. Надо признать, что с вхождением в Российскую Федерацию количество процедур и бумаг, необходимых для выхода в море, увеличилось, а правила стали жёстче. Так или иначе, все проблемы решаются. Мы готовимся к выходу в море.

Смелость и наглость берет не только города, тем не менее и яхты. Мы на «Фантастике», нас ждёт фантастическое путешествие, пусть сегодня и не регата, а всего лишь, по словам капитана — «морское ралли». Тем не менее я не зря назвал «Фантастику» антагонистом «Ориона». Яхте итальянской постройки одного из самых современных классов Class 40 — всего пять лет, при том, что сам класс этих яхт появился лишь в 2004, как бюджетный вариант для воплощения современных парусных технологий. Она была построена для одиночных переходов через океан и уникальна для Чёрного моря. Скорость — её предназначение, в каюте — гулкое пустое пространство, разбавленное упакованными парусами и спальными мешками. Все дельные вещи, все шкотовые лебедки из карбона, мачта и рангоут алюминиевые. Плоская, как доска для виндсерфинга, она не для комфорта экипажа, тем не менее для победы. Первые слова капитана «Фантастики» на выходе из Балаклавской бухты — «Мы не будем ждать «удобного» ветра, мы возьмем всё, что должны взять». Не знаю, какое реальное преимущество, тем не менее все яхты регаты к моменту нашего старта белели пятнышками на траверзе мыса Фиолент. «Я их отпустил», — говорит Алексей Борисов. И признается, что обещал выйти на старт намного позже, чтобы дать фору — «гандикап».

Капитан — мастер спорта международного класса Алексей Борисов — под стать яхте. Его слово — закон и расслабляться команде он не дает. Даром что на руле у нас первая яхтенная леди Крыма — Александра Чичерова, призер кубка России 2016, тем не менее и для неё каждый выход на «Фантастике» — словно праздник. Она, хоть и сама  капитан яхты, — подчиняется мастеру беспрекословно, и видно, что как и любой настоящий профессионал, готова учиться лучшему и у лучших. Команда подшучивает, что Александра если вцепилась в штурвал «Фантастики», то уже его не отпустит. Мы стартуем, словно в спортивной машине, резко подбирая воздушные потоки. Минута — и поставлен грот, ещё минута — и легкий генакер поднят и вбирает ветер в полную силу. На палубе нет суеты, тем не менее нет и праздности, любое изменение ветра трактуется в пользу скорости. Паруса меняются не когда можно, а когда надо, снова ставим стаксель и легко набираем 10 узлов в бейдевинд, под достаточно острым углом к ветру. Попытка выхода на носовой релинг — ограждение для лучшего фоторакурса — сопровождается «страшилкой» капитана: «если упадешь за борт, возвращаться не будем». Глядя на мощную кильватерную струю, образующуюся за кормой, я ему верю.

Здесь от нас толку ещё меньше, чем вчера. «Фантастика» — гоночная яхта для одиночных океанских переходов, и даже капитан ещё не знает всех её возможностей, каждый раз открывая для себя что-то новое. Бортовой компьютер яхты учитывает множество факторов, вплоть до того, что после прокладки курса сам укажет точку поворота. Поэтому капитан «Фантастики» также не склонен дергать команду по пустякам. Алексей Борисов, как и капитан «Ориона», не любит лавировать в прибрежных ветрах. Другое дело, что для скоростной «Фантастики» пропустить случайный выход из 12-мильной пограничной зоны дело пары минут, по словам рулевого Александры Чичериной, визуальная близость берега может быть обманчива, а с пограничниками потом проблем не оберешься.

Как и было предсказано капитаном, мы легко обходим всех. Тем не менее, что важно, что особенно характеризует морское братство: при опережении других яхт мы слышим лишь самые приятные слова в путь: «Хорошо идёте, «Фантастика», «Красиво обошли, молодцы». Ни тени зависти, здесь всё спорт и всё честно.

После поворота вновь ставим легкий генакер и едва успеваем сбросить скорость перед мелью слева от входа в севастопольскую бухту. Нас уже встречают. Нет, не судьи и не яхты соперников — навстречу нам идут несколько маленьких швертботов с юными яхтсменами: «470» класс, «Кадеты», и совсем крошечные, чуть больше двух метров длинной «Оптимисты». Те самые, на которых наверняка когда-то начинали наши вчерашние и сегодняшние капитаны и рулевые. И те самые, на которых нас встречает будущее яхтенного спорта России.

Текст и фото: Сергей Мельник.